Кобрин-информ - Ваши интересы — в нашей газете

Опубликованно 13.12.2021

«ЧЕЛОВЕК, СПАСШИЙ ОДНУ ЖИЗНЬ, СПАСАЕТ ВЕСЬ МИР», или История семьи Назарук, спасшей еврейскую девушку

В ноябре 1938 года в Германии была организована серия скоординированных атак – Хрустальная ночь, или ночь разбитых витрин, – по стране прокатилась волна еврейских погромов. Полиция самоустранилась от препятствования этим событиям. В результате нападений многие улицы были покрыты осколками витрин принадлежавших евреям магазинов, зданий и синагог. Сотни евреев убиты, более тридцати тысяч брошены в концлагеря… В 1941 году, через несколько дней после вступления немецких войск в Ригу, в латвийской столице сожжены восемь синагог вместе с тысячами евреев…

В Беларуси массовые убийства еврейского населения начались практически одновременно с приходом немецких войск и продолжались до полного освобождения республики. В период немецкой оккупации белорусы, в том числе и кобринчане, рискуя собственной жизнью, спасали не только своих друзей и соседей, но и совсем не знакомых им евреев. Одни помогавшие были расстреляны фашистами, а другие до конца своих дней молчали о совершенном подвиге, не считая его таковым. Более трех лет многодетная семья Назарук прятала в своем доме в д. Ляхчицы еврейскую девушку Химу. Спустя 40 лет им было присвоено почетное звание Праведников народов мира, а их имена были высечены на Стене почета в Израиле как продолжение линии жизни, подаренной Анной и Иосифом спасенному ими человеку.

Сегодня живым свидетелем невероятно гуманного поступка семьи Назарук является только 82-летняя Надежда Иосифовна. Время забрало остальных участников этой истории, однако некоторые эпизоды спасения еврейской девушки Химы с гордостью рассказывают младшему поколению потомки. Несмотря на то, что из памяти стерлись некоторые детали и конкретные даты, встретившись с Надеждой Иосифовной Сацевич (Назарук) и ее племянницей Алиной Юрьевной Мазылюк, мы словно окунулись в далекие годы военного лихолетья.

РЫЖЕВОЛОСАЯ ХИМА

Хима Гольдфарб

Когда началась война, Иосифу Ивановичу Назаруку и его жене Анне Антоновне, проживающим на хуторе в конце деревни Ляхчицы, шел 42-й год. В небольшом деревенском доме, состоящем из одной большой комнаты, кухни и кладовки, которую в то время называли каморой, вместе с родителями проживало еще семеро детей – Матвей, Иван, Василий, Мария, Надежда, Татьяна и Володя. Трудолюбивая семья имела большой надел земли, пасеку, держала свое хозяйство.

По словам Надежды Иосифовны, ее отец был пастором церкви в д. Руховичи. Он знал, что в Кобрине было создано гетто, а евреи получили приказ носить на спине желтые полоски. Помнит дочь рассказ отца о том, как в их семье появилась кудрявая рыжеволосая Хима: «Однажды отец увидел, как по берегу вдоль Боны с плачем бежит девушка, обутая в лапти из лозы и почему-то вся мокрая. На вопрос отца о том, что случилось, она ответила:

– Там облава… Мою маму убили в Ходыничах, а за мной на конях гонятся немцы. Я побежала через канаву, а не через мост, поэтому вымочилась.

– Я тебя спрячу.

– Но я еврейка, я боюсь, если меня найдут, то и вашу семью постреляют…

– Нет, сейчас быстро в кусты, а потом я вернусь за тобой.»

Действительно, вскоре появились немцы. На их расспросы о девушке Иосиф Иванович махнул рукой в другую от своего хутора сторону и сказал, что она побежала туда. Когда немцы скрылись из виду, он, не задумываясь о том, что дом полон собственных детей, которых вместе с ним и женой могут расстрелять из-за еврейского подростка, взял девушку за руку и повел за собой. Так Хима, которой в то время было примерно лет 16, осталась жить в доме семьи Назарук.

ТРИ С ПОЛОВИНОЙ ГОДА КОНСПИРАЦИИ

Анна Антоновна дала девушке свою поношенную одежду, завязала на голову платок, скрыв под ним рыжие волосы. Худенькая, невысокого роста Хима стала выглядеть как старенькая бабушка. Тут же была придумана легенда о том, что в гости к Назарукам приехала «самаривка» из Украины. «Так мы должны были отвечать, если кто-то у нас ее увидит и спросит о гостье, – рассказывает Надежда Иосифовна. – Помню, самый младшенький из нас, Володя, все время повторял: «Я никому не скажу, что у нас прячется бабушка «самаривка». Я никому не скажу, что «самаривка» печет вкусные блины…»

А дальше было три с половиной года жизни в постоянном страхе и конспирации. «Мы с сестрой Таней с самого утра сидели у окна и караулили, чтобы никто незаметно не зашел во двор. Когда уставали, закрывали дверь на деревянный засов, а если кто-то стучался, Хима пряталась под печью в погребе. Папа открывал дверь и нарочито громко ругал нас, что мы закрыли засов. Дверцу в погреб всегда застилали большим половиком, на который, раскладывая нехитрые игрушки, садили младших детей.

Мы все были приучены к тому, что при посторонних людях нужно бегать, прыгать, кричать, чтобы у нас долго никто не задерживался. Как-то зимой Хима сильно простудилась, и, как нарочно, в это время в дом к отцу пришли люди. Только они уселись за стол – из погреба донесся кашель. Но мы не растерялись: все разом из разных углов дома начали так кашлять, что нежданные гости попрощались с отцом через пару минут.

В обязанности старших братьев Ивана и Василия входили вечерние прогулки с Химой недалеко от дома, но только там, где их мало кто мог увидеть», – рассказывает Надежда Иосифовна.

Хима очень вкусно готовила, умела шить красивые платья, вышивать, чем и занималась целыми днями. А еще она шила кожухи. Как вспоминает Надежда Иосифовна, отец в дверях на кухне просверлил небольшое отверстие, в которое Хима могла наблюдать за происходящим в большой комнате. Когда к ним в дом на примерку приходили односельчане, Хима наблюдала в отверстие двери, а глава семейства вертел заказчика то вправо, то влево и просил вытянуть руки… Девушка запоминала, где и что надо подправить, а потом дошивала кожух. Иосиф Иванович приносил заработанные деньги Химе, но она никогда их не брала, говорила, что это его заслуга.

Хима с Иваном и Василием

Хима с Иваном и Василием

ДОНОС ОКАЗАЛСЯ ЛОЖНЫМ

О том, что в доме Назаруков кто-то живет, точно знали всего несколько человек, в том числе Даниил Кулик, который держал информацию в секрете даже от своей жены. Но некоторые, возможно, и догадывались, но тоже молчали. По воспоминанию Надежды Иосифовны, как-то ее отец, будучи пастором церкви, преподал крещение жене некоего Матвея: «Узнав об этом, Матвей рассердился и даже грозился убить отца. Однако этого не сделал, но злобу затаил. Ждать расплаты пришлось недолго. Летом по его доносу к нам на хутор пришли партизаны и сказали отцу: «Ты – немецкий доносчик. Собирайся, попрощайся с семьей и пойдем с нами». В те годы все знали, задержанные по такому обвинению назад уже не возвращаются. Хима об этом тоже знала. Наблюдая за происходившим, девушка не побоялась и вышла из своего укрытия: «Кого вы забираете? Я – еврейка, он прячет меня здесь уже более трех лет. Тогда и меня забирайте». Партизаны все поняли и ушли. А спустя некоторое время даже начали снабжать нас продуктами и одеждой…».

ПОСЛЕ ВОЙНЫ

Общаясь с партизанами, Хима услышала в речи одного из них еврейский акцент. С тех пор она стала уходить на несколько дней в лес. Когда в очередной раз партизаны пришли на хутор, Иосиф Иванович сказал девушке: «Если хочешь, иди с ними». И Хима ушла в партизанский отряд. После этого связь девушки с семьей Назарук оборвалась. Но ровно до того времени, пока после окончания войны на пороге все того же дома на хуторе не появилась молодая рыжеволосая женщина с двухлетним сынишкой Мишей. «В Кобрине у Химы был дом на улице Советской, – говорит Надежда Иосифовна. – Я часто там бывала, возилась с Мишенькой, когда Хима уходила оформлять документы для отъезда в Израиль. Как-то она сказала папе, что собирается уехать, поэтому хочет продать дом за 25 тысяч рублей, а деньги отдать нашей семье. Но папа ответил, что ничего брать не будет, а деньги ей еще и самой пригодятся».

И Хима уехала, никому ничего не сказав. Позже Иосиф Иванович узнал о том, что группа евреев уехала в Аргентину. Возможно, в их числе была и Хима…

Алина Мазылюк с мамой Марией Грабарук (Назарук) у стены мемориала Яд ва-Шем

 

ПИСЬМО ИЗ ТЕЛЬ-АВИВА

После освобождения Кобринщины история о том, что семья Назарук прятала на своем хуторе еврейскую девушку, была рассекречена. Но от Химы долгие годы не было никаких известий. Однажды Иосиф Иванович вынул из почтового ящика письмо с обратным адресом из Тель-Авива. По словам Надежды Иосифовны, это и было то самое долгожданное письмо от Химы.

В этом письме Хима написала, что живет в Израиле со своим мужем Яковом Вейцманом, который когда-то имел в Дивине паровую мельницу. Кроме Миши у них в семье растет еще дочь Ревекка. Письма стали регулярными. «В одном из них Хима сообщила, что хочет забрать нашу семью в Тель-Авив. Но папа ответил, что он никогда не покинет свою родину», – рассматривая альбом с фотографиями, сказала моя собеседница.

В дальнейшем из Тель-Авива в дом Назаруков приходили не только письма, но и посылки с одеждой. Как вспоминает внучка Иосифа Ивановича, Алина Мазылюк, Хима посылала им очень красивые наряды: «Таких вещей у нас до этого никогда не было. Помню, у меня и моих двоюродных сестер были парчовые платья, колготки и туфельки на каблучке. Окружающие нередко говорили: «Внуки Назаруков одеваются как жиденята».

В 1977 году, к сожалению, случилось так, что письма и посылки из Израиля перестали приходить. В этот раз связь со спасенной во время войны Химой оборвалась навсегда…

ПОЕЗДКА В ИЕРУСАЛИМ

Постепенно уходили из жизни члены семьи Назарук, передавая младшему поколению историю о спасении Химы. «Гдето в 2003 году по телевидению в одной из передач просили откликнуться людей, которые во время войны спасали евреев, – рассказывает Алина Мазылюк. – В то время мы уже знали, что Химы нет в живых, но нам очень хотелось найти и пообщаться с ее детьми».

Мы позвонили по указанному в передаче номеру и рассказала историю спасения еврейской девушки. Начались поиски, которые долгое время не давали результата. В поиске помогла Тамара Моисеевна Кощер-Бородач – автор программы «Корни», по которой дети, внуки и правнуки белорусских евреев приезжают на родину, чтобы узнать историю, порой трагическую, своей семьи, – она смогла отыскать в Израиле Мишу. Надежда встретиться с ним и узнать о жизни Химы в Израиле затеплилась в сердцах детей и внуков Анны и Иосифа Назарук.

Долгожданная встреча состоялась в 2009 году в одном из кафе Тель-Авива. «Моя мама, Мария Иосифовна, очень волновалась, ведь она помнила Химу и маленького Мишу, – рассказывает Алина. – Миша на встречу пришел с женой, марокканкой по происхождению. Они говорили на иврите, поэтому с переводом нам помогала Тамара Моисеевна. В ходе общения мы узнали, что Ревекка получила профессию учительницы и живет в Аргентине. Сам Михаил был моряком, но в последнее время долго болел, перенес операцию на сердце. Общение почему-то было натянутым: Михаил мало что рассказывал про свою маму, но принес несколько фотографий, которые были сделаны в то время, когда Хима жила у нас. Со своей стороны, мы тоже показали ему точно такие же фото, а потом подарили сувениры, которые привезли… Михаил сказал, что он живет в однокомнатной квартире, ничем нам помочь не может. На что мы ответили, что нам ничего не надо, наоборот, мы приглашаем его к себе в гости. Прощаясь, он обещал проводить нас в аэропорту. Мы его ждали, но он так и не пришел… Но мы очень надеемся, что когда-нибудь Михаил и Ревекка все-таки найдут возможность приехать в Кобрин, побывать в тех местах, где в далекие военные годы жила их мать, познакомиться с родственниками людей, которые, рискуя свой жизнью, спасли ее».

АННА И ИОСИФ – ПРАВЕДНИКИ НАРОДОВ МИРА

В 1953 году в Иерусалиме открылся Яд ва-Шем – израильский национальный мемориал Катастрофы (Холокоста) и Героизма. Мемориал представляет собой комплекс, расположенный на площади в 18 гектаров, и помимо мемориальных объектов включает в себя Музей истории Холокоста. В его архивах имеется папка с фотографиями и информацией о спасенной семьей Назарук израильской девушке. Как оказалось, все эти сведения были предоставлены самой Химой Гольдфарб. Во время поездки в Израиль Алине Мазылюк и ее маме удалось познакомиться с содержанием документов, которые находились в этой папке.

Борцам против нацизма, которые по велению совести, рискуя собственной жизнью, свободой или статусом и не имея ни финансовых, ни евангелистских мотивов, избрали путь спасения своих еврейских братьев от непрерывного геноцида, присваиваются звания Праведников мира. Анне и Иосифу Назарук, оказывается, также присвоены эти звания и их имена вписаны в почетные дипломы института Яд ваШем, а также высечены на Стене почета в Аллее праведников Яд ва-Шем. Самих спасителей уже нет с нами, но их потомкам вручили медаль Праведников народов мира. Случилось это в 2005 году – в Посольстве Израиля в Минске Марии Иосифовне Грабарук (Назарук) вручена именная медаль и специальный диплом, учрежденный от имени народа Израиля институтом памяти Яд ва-Шем в Иерусалиме.

НАВЕКИ В ПАМЯТИ НАРОДНОЙ

Об истории спасения семьей Назарук еврейской девушки Химы не раз писали в белорусских СМИ. В третьем выпуске альманаха «Берасцейская скарбнiца» Брестского областного отделения Союза писателей Беларуси опубликована поэма-быль кобринской поэтессы Зинаиды Новосад «На смерць узятых ратаваў…»

«Как-то я попросила Надежду Иосифовну, с которой знакома уже не один год, показать свои старые фотографии, – вспоминает Зинаида Ивановна. – Она отдельно от других бережно положила передо мной фото молодой красивой девушки и рассказала её трагическую историю, которая до глубины души потрясла меня. Впоследствии я написала об этом поэму-быль.»

 

Вайна ўсё кроў людскую лье,
Сцэнарый піша новы.
Бесчалавечны твар яе
дух супрацьжыццёвы.

Дзяўчына бегла праз палі,
Куды – сама не знала,
Далей ад пекла на зямлі,
Ад немцаў уцякала.

Уся ў слязах, амаль дзіця.
А там, у роднай хаце, –
Варожы стрэл, канец жыцця…
Яны забілі маці!

Дзяўчыну ўбачыў чалавек,
Што ў полі быў ад рання.
Яна запомніла навек
Сваё выратаванне.

Жыхар з суседняга сяла
Даведаўся ў чым справа:
Дзяўчо сказала, што была
Ў Кобрыне аблава.

Ён без вагання ў гэты час
“Бяжы да крайняй хаты, –
Сказаў гаротніцы. – У нас
Схаваешся ад катаў”.

І азірнуўся – ні душы.
Дадому заспяшаўся.
А думкі, быццам капяжы,
А страх сляпнём чапляўся.

Бяда чужая, бы свая,
Была ў час кручы зверскай…
Так беларуская сям’я
Зраднілася з яўрэйскай.

У вёсцы Ляхчыцы была
Святая мужнасць гэта.
Назарукоў сям’я ўвайшла
Ў спіс праведнікаў свету

О трагедии Холокоста на белорусской земле вышла серия документальных фильмов «Хроника Минского гетто», в которых творческой группе удалось собрать уникальные документы и воспоминания свидетелей в одном проекте. В третьей части фильма «Рожденные дважды» рассказана история спасения семьей Назарук из д. Ляхчицы еврейской девушки Химы…

Маргарита Савчук

 

Фоторепортаж
WP Radio
WP Radio
OFFLINE ЭФИР